19 марта 2002
ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО – 1
В семидесятые годы двадцатого столетия в маленьком южном городке Баку
был один-единственный оперный театр – излюбленное место отдыха
утомленного жарким солнцем восточного населения.
Коронный спектакль в нем, как обычно, был «Лебединое озеро», к двум
примам которого – Мамедову и Викиловой – отношение со стороны публики
было каким-то вроде покровительственно-отеческого, типа как к
безалаберному, но любимому дитяти. Например, в буфете в антракте можно
было нередко услышать диалоги вроде:
- А что это сегодня Мамедов тусклый?
- Да у них вчера сестру замуж соседи выдавали, вот и погорячились
слегка.
- А, ну тогда понятно…
Мамедов был строен и худощав. Викилова мала и изящна, но в крепко сбитом
теле. Весовые категории у них совпадали, может быть, даже был небольшой
перевес в сторону Викиловой.
Каждую субботу публика, затаив дыхание, мысленно ловила вместе с принцем
Зигфридом набегающую Одетту. Дополнительную остроту ощущений этой
трагической сцене придавал способ исполнения.
Зигфрид, покатив вперед плечи, слегка расставив руки и полуприсев,
принимал стойку вратарского ожидания, а также, дабы не лишать глубоко
трагическую сцену убедительности, путем выкатывания глаз и голубиного
запрокидывания головы пытался придать своему лицу томную и скучающую
безмятежность.
Одетта же отходила в другой конец сцены, замирала на пару секунд и,
слегка набычившись, начинала разбег, являя в эти моменты собою нечто
среднее между «кукурузником» и броненосцем. Разбег и…
Зигфрид с резким хаканьем, угрожающе накреняясь, принимал Одетту на
полусогнутые (тяжело все-таки!) и только уже начиная свой вояж по сцене,
«выжимал» ее до конца, словно тяжеловес – штангу.
Но однажды, увы, Мамедов не успел… и Белый Лебедь, выскользнув из
тонких рук партнера, тяжело рухнул оземь. Театр на месяц лишился примы,
пока Викилова залечивала переломанный палец ноги. Мамедов тоже отказался
от участия в балете без привычной партнерши и их заменила пара вторых
солистов (о которых в следующий раз). Через месяц Одетта вернулась, зал
принял ее, как родную, устроив ей овацию до начала спектакля и все бы
вроде бы пошло своим чередом, если не считать того, что впоследствии, в
течение нескольких лет зрители первых рядов, а если было очень тихо, то
и всего партера, могли слышать, как изящная Одетта, разбегаясь для
парящего прыжка, угрожающим шипом нервно цедила сквозь стиснутые зубы:
- Ну, теперь держи, сволочь!
Сказочник Дэн
Прислал(а) Сказочник Дэн (talerdan(ухо)mail.ru)
18 февраля 2002
Случай, произошедший примерно полтора года назад, до сих пор ходит на
N-ом предприятии в виде поговорки. Сама история. Едем в Москву на трех
«Газелях», две пустые, одна загружена детскими калейдоскопами. Такие
картонные трубочки со стеклышками и зеркалами. Ранним утром при подъезде
к Столице – пост ГИБ2Д – проверка грузового транспорта. Пустые прошли
быстро, стоим в сторонке, ждем третьего. Молодой гАишник, видя, что
машина груженая, отправляет водителя в гАишную будку к офицеру. Картина
маслом…….. в будку заходит водитель (вес кг за 100, практически лысый,
черные треники, черная кожаная куртка), отдает гАшнику документы. Гай не
глядя в бумаги:
- Ты кто?
- Водитель.
Тут же заходит сопровождающий (чуть худее водилы, стриженый, почти
налысо, черные джинсы, черная кожаная куртка). Офицер:
- А ты кто?
- Экспедитор.
- (не глядя в бумаги, с сарказмом, врастяжку) И ВЕЗЁТЕ ВЫ ДЕТСКИЕ
ИГРУШКИ…
Вспоминая как гАишник выбегал посмотреть груз, въезжали в столицу мы уже
несонные и веселые.
A…(-:
Прислал(а) Алек(-: (tokatik(ухо)lipetsk48.ru)
14 апреля 2002
Эту историю мне рассказал дедушка, когда я немного подрос.
Начало прошлого века (точно не знаю дату, слабоват в истории),
Русско-японская война. Какая-то европейская газета написала об одном бое
(бою?) вот так:
«И вот русские с криком: ЙОП-ТВО-ЙМАТ, что означает, -УМРЕМ ЗА ЦАРЯ,
бросились в атаку».
Прислал(а) FANis
Оставить комментарий