ПРО ДАВЦА
Я решил заняться куклами, я ушел из продавцов;
Отлепив от стенки девушку, ей открыл свое лицо…
«Мой бамбино» – не услышал я, не ушибся о стихи, -
Соловей вдали похрюкивал, нежно булькали духи…
И тогда сказал я девушке: «Хочешь – жни, а хочешь – куй,
Подрастешь – займешься куклами, а пока – себя страхуй!», -
Соловей вокруг оргазмился, томно портились духи;
Я ж услышал – «не ревнуй меня, очень я хочу… ухи!»
Hет! Hе надо про амнистию! – Я ушел из продавцов! -
Муравей тоскливо щурился, оседая на лицо…
И, внезапностью покинутый, я стоял в его клубах,
А она – ушами хлопала, пыль счищая на губах…
«Две ухи!» – хотелось крикнуть мне, закопаться наизусть, -
Вот какою соловейною ты была… И все же пусть!
Пусть милеет дела куклою облик твой, как огурцы, -
Ты ослепла, я, понурившись, брел обратно в продавцы…
* * *
Сижу – один – в чужой квартире.
Скреб„тся кто-то – стыд-не-стыд?
Прикинул – дважды два – четыре,
А совесть – восемь – говорит.
Погрыз баранку – в самом деле
Hеловко. Совесть – тут-как-тут -
«Ишь, угрызения заели, -
Огрызок выкинь – заметут!»
Гляжу – и вправду, светит что-то,
Я стыд забыв, скорей в окно;
Пришли хозяева с работы,
С моим стыдом пошли в кино.
Зачем, бесстыднику, мне совесть?
Меня лишь мучает она.
Встряхнул е„ я силы что есть
И засветил в про„м окна.
* * *
Эй, пилот, застегни принадлежность,
Прочирикай мне песню свою
Про летучей посудины нежность,
Что из тыла пускает струю…
Про армейскую девушку Грушу,
Что по„т, просыхая, в ночи;
И терзает, и душит, и глушит
До получки одни куличи.
Промолчи же, сынок, про ракиту,
Про ракету, что воет в ночи;
И про чашку, под Псковом разбиту, -
Промолчи, парен„к, промолчи…
Будет время – твои же каклеты
Заиграют, как порох в ночи.
Чик-чирик! Раздают пистолеты.
Будешь брать? Hу, беги! И молчи!
Помахав на прощанье крылою,
Ты взлетаешь в намеченный срок;
Ты не знаешь ни грамму покою, -
Ведь пилот – не обычный зверок!
* * *
Кто-то умер от чахотки,
Кто-то выпил много водки,
Кто-то съел кусок селедки,
Приказав нам долго жить…
И бредем мы как в тумане,
Hе подозревая сами,
Что, воспетый дураками,
День грядущий нам сулит…
Испытание электpонного Поэта
весь сюрреализм полусонный манящий
сомнительный бренный скандал завершал
злой дом архаичный волнующий в чаще
троцкизм полон дум чуть дыша постигал
сочельник гуляющий мне
злой добрый девичник в огне
поселок бесстыдный
девичник обидный
закон эротичный на дне
и знойный чарующий блеск
предмет современный исчез
злой срок заграничный
укромный девичник
стремительный утренний треск
палач весенний этот
вдруг разрешает стук
народ светящий летом
поселок полон мук
Станет в ночной и государственной догме
называться застойным кругооборотом
период без кобры
и будет содействовать многообразию,
вручив преобразование
неподкупному оппортунизму с часами.
* * *
Владимир Друк
ПРЕДЧУВСТВИЯ
В масштабе женщин и мужчин
в года обыкновенных бедствий
мы – поджигатели причин
и легкая добыча следствий
покуда следствие идет
и снайперы сидят на крышах
не делай вид, что ты не слышишь
не делай вид, что ты Бетховен
не делай вид, что все пройдет
еще в полях гуляет страх
а в чащах бродят террористы
они вообще-то пацифисты
но с бомбометами в руках
они сперва ушли в народ
а после вышли из народа
у входа в рай табличка «вход»
и запах сероводорода…
мы – поджигатели любви
и – гинекологи свободы
еще умоются в крови
освобожденные народы
еще не все разрешено
еще не все запрещено
и в эту щелку как в кино
влезает каждое говно
раз не дано предугадать
чем наше слово отзовется
то пусть оно пока заткнется
и это будет благодать
освобожденная страна
вздохнув, развалится на части
но кто-то соберет запчасти
и вспомнит наши имена
25 мая 1989 г.
Оставить комментарий